Роль азартных игр в экономическом развитии США во второй половине XIX века
26.01.2026
УДК 94
Руденко С. А.,
Магнитогорский государственный технический университет им. Г. И. Носова,
г. Магнитогорск
История и краеведение
Научный руководитель: Иванов А. Г.
роль азартных игр в экономическом развитии США во второй половине XIX века
Аннотация. Статья исследует двойственную роль азартных игр в экономике и обществе США второй половины XIX века. Автор анализирует «викторианский компромисс», который сочетал публичное осуждение азартных игр с их практической терпимостью, что сопровождалось классовым лицемерием. Показано, что, с одной стороны, игорный бизнес стимулировал экономику «бумтаунов» Дикого Запада и пополнял бюджеты штатов через лотереи, такие как Лотерея Луизианы. С другой стороны, азартные игры стали источником масштабной коррупции, политического влияния синдикатов и финансового разорения населения. В статье делается вывод о том, что негативные социально-экономические последствия, включая рост преступности и подрыв трудовой дисциплины, в долгосрочной перспективе перевесили краткосрочные выгоды.
Ключевые слова: США, азартные игры, экономика.
the role of gambling in the economic development
of the United States in the second half
of the 19th century
Abstract. The article explores the dual role of gambling in the economy and society of the United States in the second half of the 19th century. The author analyzes the "Victorian compromise", which combined public condemnation of gambling with their practical tolerance, which was accompanied by class hypocrisy. It is shown that, on the one hand, gambling stimulated the economy of the "boomtowns" of the Wild West and replenished state budgets through lotteries such as the Louisiana Lottery. On the other hand, gambling has become a source of widespread corruption, political influence of syndicates and financial ruin of the population. The article concludes that the negative socio-economic consequences, including an increase in crime and the undermining of labor discipline, outweighed the short-term benefits in the long run.
Keyword: USA, gambling, economics.
Во второй половине XIX века азартные игры в США играли сложную и противоречивую роль, выступая одновременно как двигатель финансовых инноваций, так и источник глубоких социальных конфликтов и моральных дебатов. Их влияние распространялось на экономическое развитие, формирование бюджетов штатов и ключевые социальные процессы, отражая фундаментальные изменения в американском обществе в эпоху индустриализации и «Позолоченного века».
Во второй половине XIX века азартные игры глубоко укоренились в американском обществе, отражая дух эпохи индустриализации и освоения Запада [4, с. 1]. Этот период характеризовался «викторианским компромиссом», при котором публичное осуждение порока сочеталось с его практической терпимостью, если он не нарушал общественный порядок [3, с. 101-102]. Данный подход был пронизан классовым лицемерием: законы были направлены против азартных игр рабочего класса, отвлекавших от производительного труда, тогда как развлечения элиты, например скачки, часто игнорировались властями [3, с. 102, 116]. Азартные игры процветали в растущих городах, таких как Новый Орлеан, Чикаго и Нью-Йорк, и были неразрывно связаны с политической коррупцией, а также на беспокойном фронтире в «бумтаунах» времен золотой лихорадки, где доминировали фаро и покер [4, с. 28, 171].
Азартные игры процветали как в бурно растущих городах, так и на беспокойном фронтире. Города, такие как Новый Орлеан, Чикаго и Нью-Йорк, превратились в игорные столицы, где соседствовали роскошные «дворцы фортуны» для богатых и многочисленные игорные притоны в криминальных районах, таких как «Топь» (The Swamp) в Новом Орлеане. Игорный бизнес был тесно связан с коррупцией, поддерживая политические машины, подобные Таммани-холлу в Нью-Йорке. На Диком Западе игорные заведения были неотъемлемой частью экономики «бумтаунов» – городов, быстро возникавших во время золотых лихорадок или строительства железных дорог.
Несмотря на неоднозначную репутацию и постоянные моральные дебаты, азартные игры во второй половине XIX века играли заметную и конструктивную роль в экономическом развитии США, выступая в качестве источника государственных доходов, стимула для регионального роста и катализатора финансовых инноваций [3, с. 102; 4, с. 14]. После Гражданской войны лотереи и лицензирование игорного бизнеса стали важным инструментом пополнения бюджетов, особенно в южных штатах в эпоху Реконструкции [2, с. 7].
Одним из наиболее значимых инструментов генерации доходов для штатов стали лотереи, которые рассматривались как форма добровольного налогообложения для финансирования общественных нужд [4, с. 16]. Эта практика, широко распространенная в первой половине века для поддержки университетов, таких как Гарвард и Йель, и строительства тюрем, получила новое развитие после Гражданской войны. Самым ярким примером стала Лотерея штата Луизиана, учрежденная легислатурой штата в 1869 году [4, с. 32]. В обмен на 25-летнюю монополию компания ежегодно выплачивала в казну штата 40 000 долларов, что стало важным источником дохода в период Реконструкции. Лотереи также использовались для восстановления разрушенного войной Юга, служа добровольным налогом для финансирования восстановления инфраструктуры [2, с. 7]. Помимо лотерей, бюджеты штатов и городов пополнялись за счет прямого лицензирования и налогообложения игорных заведений [3, с. 97]. Например, в Новом Орлеане после 1869 года игорные дома должны были платить лицензионный сбор в размере 5 000 долларов в год [4, с. 31].
Азартные игры также выступали мощным стимулом для экономического роста, создавая рабочие места и способствуя развитию смежных отраслей, особенно в новых регионах страны [4, с. 28]. Золотая лихорадка и освоение Запада привлекли не только старателей, но и профессиональных игроков, которые следовали за первыми поселенцами. В результате в «бумтаунах» игорные заведения становились центром экономической и социальной жизни [4, с. 28]. Города, такие как Сан-Франциско, Денвер, Додж-Сити и Тумстоун, превратились в игорные столицы, где процветали сотни салунов и казино, предлагавших фаро и покер. В одном только Сан-Франциско в середине 1850-х годов действовало около тысячи лицензированных игорных домов [4, с. 27]. Эти заведения не только создавали рабочие места для дилеров, крупье и обслуживающего персонала, но и стимулировали развитие гостиничного бизнеса, транспорта и сферы развлечений, привлекая в города авантюристов, ковбоев и торговцев со всей страны.
Азартные игры во второй половине XIX века, несмотря на их роль в стимулировании определенных секторов экономики, порождали значительные отрицательные экономические и социальные эффекты, которые проявлялись в виде масштабной коррупции, финансовых потерь для населения, роста преступности и высоких издержек на попытки регулирования [3, с. 102; 4, с. 119].
Одним из наиболее ярких примеров финансовых потерь и системной коррупции стала Лотерея штата Луизиана, которую современники называли «Змеем» [3, с. 124]. Учрежденная в 1869 году, эта частная монополия была охарактеризована как крупнейшая, самая могущественная, богатейшая и самая коррумпированная лотерейная система в американской истории. Она фактически контролировала губернаторов, законодательные органы и чиновников штата, заставляя замолчать критику со стороны духовенства и прессы с помощью пожертвований и доходов от рекламы [4, с. 185]. Управляемая нью-йоркским синдикатом, лотерея извлекала огромные доходы, причем более 80% ее выручки поступало из-за пределов Луизианы, что представляло собой масштабную утечку капитала из экономик других штатов в руки операторов синдиката [4, с. 187]. Игорный бизнес в крупных городах был неразрывно связан со взяточничеством и политической протекцией. В Чикаго игорные боссы, такие как Майкл Макдональд, были тесно связаны с мэром, а в Нью-Йорке игорные дома процветали благодаря покровительству коррумпированной политической машины Таммани-холла [4, с. 199].
Социально-экономические последствия азартных игр для населения были крайне разрушительными. Как отмечает Д. С. Тейт, суды и законодатели выражали особую обеспокоенность тем, что азартные игры отвлекают рабочий класс от регулярных занятий промышленностью [3, с. 102]. По словам Д. С. Тейта, судьи с презрением относились к попыткам «людей со скромными средствами» участвовать в азартных играх, считая, что такие рискованные предприятия «далеко за пределами их капитала» ведут к разорению и «наносят ущерб лучшим интересам общества» [3, с. 154]. Исследование, проведенное Факт Рисерч Инк, показывает, что лотереи и игорные залы особенно сильно ударяли по бедным слоям населения, которые были наименее способны позволить себе потери [4, с. 112]. Для многих результатом становились огромные долги, которые, как пишет В. А. Волосон, часто приходилось покрывать с помощью займов в ломбардах, что было частью стратегии выживания в нестабильной экономике [5, с. 17]. Когда легальных средств не хватало, патологические игроки, по данным Национального исследовательского совета, для финансирования своей зависимости прибегали к преступлениям, таким как растрата, подделка документов и кражи [2, с. 158-159]. Исторические свидетельства, собранные Факт Рисерч Инк, указывают на прямую связь между игорным бизнесом и ростом преступности: игорные притоны, как, например, в районе «Топь» в Новом Орлеане, были центрами, где процветали убийства, грабежи, проституция и карманные кражи, зачастую финансируемые игорными операторами [4, с. 152]. Роль азартных игр в экономическом развитии США во второй половине XIX века, по оценкам исследователей, показывает двойственную природу: с одной стороны, они выступали катализатором финансовых инноваций и источником доходов, а с другой – порождали глубокие социальные конфликты, коррупцию и экономические издержки, которые в долгосрочной перспективе доминировали над положительными эффектами. К позитивным аспектам, согласно Национальному исследовательскому совету и Факт Рисерч Инк, можно отнести генерацию доходов для штатов, особенно в эпоху Реконструкции, через государственные лотереи, самой известной из которых была Лотерея штата Луизиана, ежегодно приносившая в казну 40 000 долларов [2, с. 7; 4, с. 32]. Факт Рисерч Инк также отмечает, что азартные игры стимулировали экономический рост в «бумтаунах» Дикого Запада, возникавших во время золотых лихорадок и строительства железных дорог, где игорные заведения становились центром местной экономики [4, с. 28]. Однако, как подчеркивает Д. С. Тейт, эти положительные эффекты были омрачены масштабными негативными последствиями. Системная коррупция, примером которой служила та же Лотерея Луизианы, пронизывала политические институты и правоохранительные органы, подрывая доверие к власти и закону [3, с. 124]. Для населения азартные игры, по мнению В. А. Волосона, часто вели к финансовому разорению, увеличению долговой нагрузки, что подтверждается активным использованием ломбардов для получения наличных, в том числе и для продолжения игры [5, с. 17]. Это, в свою очередь, провоцировало рост преступности, поскольку, как констатирует Национальный исследовательский совет, патологические игроки для финансирования своей зависимости прибегали к растратам, кражам и другим незаконным действиям [2, с. 158-159].
Таким образом, во второй половине XIX века азартные игры в США представляли собой глубоко противоречивый феномен, сочетавший в себе как стимул для экономики, так и источник масштабных социальных проблем. С одной стороны, они выступали катализатором экономического роста, особенно на Западе и в период Реконструкции Юга, пополняя бюджеты штатов через лицензионные сборы и лотереи, такие как печально известная Лотерея Луизианы. С другой стороны, эта финансовая активность была неразрывно связана с системной коррупцией, подкупом властей и тесными связями игорного бизнеса с политическими машинами вроде Таммани-холла. Социальные последствия были катастрофическими: азартные игры вели к разорению беднейших слоев населения, которые и так едва сводили концы с концами, и провоцировали рост преступности, поскольку отчаявшиеся игроки прибегали к растратам и кражам. Несмотря на свою видимую роль в развитии инфраструктуры и бюджетов, азартные игры в долгосрочной перспективе порождали такие значительные издержки, что их деструктивное влияние перевешивало сиюминутные экономические выгоды.
Список источников
1. Леви Д. И. Обдумывая поставку: торговля фьючерсами и проблема товарного обмена в США, 1875–1905 гг. // The American Historical Review. 2006. Т. 111. № 2. С. 307–335.
2. Национальный исследовательский совет. Патологическое игорное поведение: критический обзор / Национальный исследовательский совет. Вашингтон : Издательство Национальных академий, 1999. 353 с.
3. Тейт Д. С. Азартные игры, товарные спекуляции и «викторианский компромисс» // Yale Journal of Law & the Humanities. 2007. Т. 19, № 1. С. 97–152.
4. Факт Рисерч Инк. Азартные игры в перспективе: обзор письменной истории азартных игр и оценка их влияния на современное американское общество / Факт Рисерч Инк. Вашингтон : Комиссия по пересмотру национальной политики в отношении азартных игр, 1974. 109 с.
5. Волосон В. А. В залоге: ломбарды в Америке со времен независимости до Великой депрессии. Чикаго : Издательство Чикагского университета, 2009. 229 с.
Руденко С. А.,
Магнитогорский государственный технический университет им. Г. И. Носова,
г. Магнитогорск
История и краеведение
Научный руководитель: Иванов А. Г.
роль азартных игр в экономическом развитии США во второй половине XIX века
Аннотация. Статья исследует двойственную роль азартных игр в экономике и обществе США второй половины XIX века. Автор анализирует «викторианский компромисс», который сочетал публичное осуждение азартных игр с их практической терпимостью, что сопровождалось классовым лицемерием. Показано, что, с одной стороны, игорный бизнес стимулировал экономику «бумтаунов» Дикого Запада и пополнял бюджеты штатов через лотереи, такие как Лотерея Луизианы. С другой стороны, азартные игры стали источником масштабной коррупции, политического влияния синдикатов и финансового разорения населения. В статье делается вывод о том, что негативные социально-экономические последствия, включая рост преступности и подрыв трудовой дисциплины, в долгосрочной перспективе перевесили краткосрочные выгоды.
Ключевые слова: США, азартные игры, экономика.
the role of gambling in the economic development
of the United States in the second half
of the 19th century
Abstract. The article explores the dual role of gambling in the economy and society of the United States in the second half of the 19th century. The author analyzes the "Victorian compromise", which combined public condemnation of gambling with their practical tolerance, which was accompanied by class hypocrisy. It is shown that, on the one hand, gambling stimulated the economy of the "boomtowns" of the Wild West and replenished state budgets through lotteries such as the Louisiana Lottery. On the other hand, gambling has become a source of widespread corruption, political influence of syndicates and financial ruin of the population. The article concludes that the negative socio-economic consequences, including an increase in crime and the undermining of labor discipline, outweighed the short-term benefits in the long run.
Keyword: USA, gambling, economics.
Во второй половине XIX века азартные игры в США играли сложную и противоречивую роль, выступая одновременно как двигатель финансовых инноваций, так и источник глубоких социальных конфликтов и моральных дебатов. Их влияние распространялось на экономическое развитие, формирование бюджетов штатов и ключевые социальные процессы, отражая фундаментальные изменения в американском обществе в эпоху индустриализации и «Позолоченного века».
Во второй половине XIX века азартные игры глубоко укоренились в американском обществе, отражая дух эпохи индустриализации и освоения Запада [4, с. 1]. Этот период характеризовался «викторианским компромиссом», при котором публичное осуждение порока сочеталось с его практической терпимостью, если он не нарушал общественный порядок [3, с. 101-102]. Данный подход был пронизан классовым лицемерием: законы были направлены против азартных игр рабочего класса, отвлекавших от производительного труда, тогда как развлечения элиты, например скачки, часто игнорировались властями [3, с. 102, 116]. Азартные игры процветали в растущих городах, таких как Новый Орлеан, Чикаго и Нью-Йорк, и были неразрывно связаны с политической коррупцией, а также на беспокойном фронтире в «бумтаунах» времен золотой лихорадки, где доминировали фаро и покер [4, с. 28, 171].
Азартные игры процветали как в бурно растущих городах, так и на беспокойном фронтире. Города, такие как Новый Орлеан, Чикаго и Нью-Йорк, превратились в игорные столицы, где соседствовали роскошные «дворцы фортуны» для богатых и многочисленные игорные притоны в криминальных районах, таких как «Топь» (The Swamp) в Новом Орлеане. Игорный бизнес был тесно связан с коррупцией, поддерживая политические машины, подобные Таммани-холлу в Нью-Йорке. На Диком Западе игорные заведения были неотъемлемой частью экономики «бумтаунов» – городов, быстро возникавших во время золотых лихорадок или строительства железных дорог.
Несмотря на неоднозначную репутацию и постоянные моральные дебаты, азартные игры во второй половине XIX века играли заметную и конструктивную роль в экономическом развитии США, выступая в качестве источника государственных доходов, стимула для регионального роста и катализатора финансовых инноваций [3, с. 102; 4, с. 14]. После Гражданской войны лотереи и лицензирование игорного бизнеса стали важным инструментом пополнения бюджетов, особенно в южных штатах в эпоху Реконструкции [2, с. 7].
Одним из наиболее значимых инструментов генерации доходов для штатов стали лотереи, которые рассматривались как форма добровольного налогообложения для финансирования общественных нужд [4, с. 16]. Эта практика, широко распространенная в первой половине века для поддержки университетов, таких как Гарвард и Йель, и строительства тюрем, получила новое развитие после Гражданской войны. Самым ярким примером стала Лотерея штата Луизиана, учрежденная легислатурой штата в 1869 году [4, с. 32]. В обмен на 25-летнюю монополию компания ежегодно выплачивала в казну штата 40 000 долларов, что стало важным источником дохода в период Реконструкции. Лотереи также использовались для восстановления разрушенного войной Юга, служа добровольным налогом для финансирования восстановления инфраструктуры [2, с. 7]. Помимо лотерей, бюджеты штатов и городов пополнялись за счет прямого лицензирования и налогообложения игорных заведений [3, с. 97]. Например, в Новом Орлеане после 1869 года игорные дома должны были платить лицензионный сбор в размере 5 000 долларов в год [4, с. 31].
Азартные игры также выступали мощным стимулом для экономического роста, создавая рабочие места и способствуя развитию смежных отраслей, особенно в новых регионах страны [4, с. 28]. Золотая лихорадка и освоение Запада привлекли не только старателей, но и профессиональных игроков, которые следовали за первыми поселенцами. В результате в «бумтаунах» игорные заведения становились центром экономической и социальной жизни [4, с. 28]. Города, такие как Сан-Франциско, Денвер, Додж-Сити и Тумстоун, превратились в игорные столицы, где процветали сотни салунов и казино, предлагавших фаро и покер. В одном только Сан-Франциско в середине 1850-х годов действовало около тысячи лицензированных игорных домов [4, с. 27]. Эти заведения не только создавали рабочие места для дилеров, крупье и обслуживающего персонала, но и стимулировали развитие гостиничного бизнеса, транспорта и сферы развлечений, привлекая в города авантюристов, ковбоев и торговцев со всей страны.
Азартные игры во второй половине XIX века, несмотря на их роль в стимулировании определенных секторов экономики, порождали значительные отрицательные экономические и социальные эффекты, которые проявлялись в виде масштабной коррупции, финансовых потерь для населения, роста преступности и высоких издержек на попытки регулирования [3, с. 102; 4, с. 119].
Одним из наиболее ярких примеров финансовых потерь и системной коррупции стала Лотерея штата Луизиана, которую современники называли «Змеем» [3, с. 124]. Учрежденная в 1869 году, эта частная монополия была охарактеризована как крупнейшая, самая могущественная, богатейшая и самая коррумпированная лотерейная система в американской истории. Она фактически контролировала губернаторов, законодательные органы и чиновников штата, заставляя замолчать критику со стороны духовенства и прессы с помощью пожертвований и доходов от рекламы [4, с. 185]. Управляемая нью-йоркским синдикатом, лотерея извлекала огромные доходы, причем более 80% ее выручки поступало из-за пределов Луизианы, что представляло собой масштабную утечку капитала из экономик других штатов в руки операторов синдиката [4, с. 187]. Игорный бизнес в крупных городах был неразрывно связан со взяточничеством и политической протекцией. В Чикаго игорные боссы, такие как Майкл Макдональд, были тесно связаны с мэром, а в Нью-Йорке игорные дома процветали благодаря покровительству коррумпированной политической машины Таммани-холла [4, с. 199].
Социально-экономические последствия азартных игр для населения были крайне разрушительными. Как отмечает Д. С. Тейт, суды и законодатели выражали особую обеспокоенность тем, что азартные игры отвлекают рабочий класс от регулярных занятий промышленностью [3, с. 102]. По словам Д. С. Тейта, судьи с презрением относились к попыткам «людей со скромными средствами» участвовать в азартных играх, считая, что такие рискованные предприятия «далеко за пределами их капитала» ведут к разорению и «наносят ущерб лучшим интересам общества» [3, с. 154]. Исследование, проведенное Факт Рисерч Инк, показывает, что лотереи и игорные залы особенно сильно ударяли по бедным слоям населения, которые были наименее способны позволить себе потери [4, с. 112]. Для многих результатом становились огромные долги, которые, как пишет В. А. Волосон, часто приходилось покрывать с помощью займов в ломбардах, что было частью стратегии выживания в нестабильной экономике [5, с. 17]. Когда легальных средств не хватало, патологические игроки, по данным Национального исследовательского совета, для финансирования своей зависимости прибегали к преступлениям, таким как растрата, подделка документов и кражи [2, с. 158-159]. Исторические свидетельства, собранные Факт Рисерч Инк, указывают на прямую связь между игорным бизнесом и ростом преступности: игорные притоны, как, например, в районе «Топь» в Новом Орлеане, были центрами, где процветали убийства, грабежи, проституция и карманные кражи, зачастую финансируемые игорными операторами [4, с. 152]. Роль азартных игр в экономическом развитии США во второй половине XIX века, по оценкам исследователей, показывает двойственную природу: с одной стороны, они выступали катализатором финансовых инноваций и источником доходов, а с другой – порождали глубокие социальные конфликты, коррупцию и экономические издержки, которые в долгосрочной перспективе доминировали над положительными эффектами. К позитивным аспектам, согласно Национальному исследовательскому совету и Факт Рисерч Инк, можно отнести генерацию доходов для штатов, особенно в эпоху Реконструкции, через государственные лотереи, самой известной из которых была Лотерея штата Луизиана, ежегодно приносившая в казну 40 000 долларов [2, с. 7; 4, с. 32]. Факт Рисерч Инк также отмечает, что азартные игры стимулировали экономический рост в «бумтаунах» Дикого Запада, возникавших во время золотых лихорадок и строительства железных дорог, где игорные заведения становились центром местной экономики [4, с. 28]. Однако, как подчеркивает Д. С. Тейт, эти положительные эффекты были омрачены масштабными негативными последствиями. Системная коррупция, примером которой служила та же Лотерея Луизианы, пронизывала политические институты и правоохранительные органы, подрывая доверие к власти и закону [3, с. 124]. Для населения азартные игры, по мнению В. А. Волосона, часто вели к финансовому разорению, увеличению долговой нагрузки, что подтверждается активным использованием ломбардов для получения наличных, в том числе и для продолжения игры [5, с. 17]. Это, в свою очередь, провоцировало рост преступности, поскольку, как констатирует Национальный исследовательский совет, патологические игроки для финансирования своей зависимости прибегали к растратам, кражам и другим незаконным действиям [2, с. 158-159].
Таким образом, во второй половине XIX века азартные игры в США представляли собой глубоко противоречивый феномен, сочетавший в себе как стимул для экономики, так и источник масштабных социальных проблем. С одной стороны, они выступали катализатором экономического роста, особенно на Западе и в период Реконструкции Юга, пополняя бюджеты штатов через лицензионные сборы и лотереи, такие как печально известная Лотерея Луизианы. С другой стороны, эта финансовая активность была неразрывно связана с системной коррупцией, подкупом властей и тесными связями игорного бизнеса с политическими машинами вроде Таммани-холла. Социальные последствия были катастрофическими: азартные игры вели к разорению беднейших слоев населения, которые и так едва сводили концы с концами, и провоцировали рост преступности, поскольку отчаявшиеся игроки прибегали к растратам и кражам. Несмотря на свою видимую роль в развитии инфраструктуры и бюджетов, азартные игры в долгосрочной перспективе порождали такие значительные издержки, что их деструктивное влияние перевешивало сиюминутные экономические выгоды.
Список источников
1. Леви Д. И. Обдумывая поставку: торговля фьючерсами и проблема товарного обмена в США, 1875–1905 гг. // The American Historical Review. 2006. Т. 111. № 2. С. 307–335.
2. Национальный исследовательский совет. Патологическое игорное поведение: критический обзор / Национальный исследовательский совет. Вашингтон : Издательство Национальных академий, 1999. 353 с.
3. Тейт Д. С. Азартные игры, товарные спекуляции и «викторианский компромисс» // Yale Journal of Law & the Humanities. 2007. Т. 19, № 1. С. 97–152.
4. Факт Рисерч Инк. Азартные игры в перспективе: обзор письменной истории азартных игр и оценка их влияния на современное американское общество / Факт Рисерч Инк. Вашингтон : Комиссия по пересмотру национальной политики в отношении азартных игр, 1974. 109 с.
5. Волосон В. А. В залоге: ломбарды в Америке со времен независимости до Великой депрессии. Чикаго : Издательство Чикагского университета, 2009. 229 с.
